вернуться назад
О.Ф. Горст
ВИЗИТКУ ОБНАРУЖИЛИ ГИДРОСТРОИТЕЛИ
Все прошло, можно сказать, перед глазами, если не при непосредственном участии. Как-то я прочел в «Озерском вестнике» статью В. Елагина «Водных дел мастера» (№ 194 от 10.10.1996) о людях группы водоподготовки завода 22 химкомбината «Маяк». В частности, автор писал: «...Вряд ли у постороннего человека может возникнуть мысль, что водная стихия кем-то контролируется. На самом же деле – именно контролируется, причем самым тщательным образом. Эту невидимую постороннему глазу работу почти полвека проводят сотрудники завода 22. И далее: «...Отец советского ядерного проекта И.В. Курчатов говорил, что «ни при каких обстоятельствах подача воды на реактор не должна прекращаться ни на минуту».
Мой повышенный интерес к вышеуказанной публикации не случаен. В течение ряда лет я был причастен к строительству некоторых гидротехнических сооружений на наших озерах. В частности, мне довелось заниматься строительством плотины № 1 (водное сооружение водосброса №1) с основания и до ввода в эксплуатацию. Позволю себе об этом рассказать подробнее.
Думаю, стоит сказать сначала несколько слов в целом о гидросооружениях. Уверен, многие читатели (даже из числа опытных строителей!) имеют о них лишь поверхностное представление. Дело в том, что от гражданских, промышленных и ряда других сооружений они отличаются рядом существенных особенностей.
Во-первых, слово «гидро» (вода) уже говорит о том, что конструкции сооружений связаны с водой – либо по назначению, либо по применяемому материалу, либо по оборудованию. Во-вторых, они отличаются способностью воспринимать огромные нагрузки: статические, динамические, фильтрационные, размывающие. Гидросооружения зачастую оказывают большое влияние на экологию местности, микроклимат, уровень грунтовых вод.
Далеко не каждый проектный институт берется за гидросооружения. Так случилось и с моим «родным» водосбросом. Его проектировал не наш ведомственный головной институт, находящийся в Ленинграде, а филиал «Гидропроекта» под управлением Сапожникова по специальному договору с заказчиком.
Жителям нашего города хорошо известна дамба по пути к каслинскому КПП, через которую пропускается вода из озера Иртяш в сторону озера Кызылташ. Это неказистое здание с двумя металлическими затворами для регулирования пропускной способности сооружения. И это лишь вершина айсберга. Невидимая его часть находится глубоко под водой и под землей.
При строительстве дамбы был выкопан котлован обьёмом в 6 тысяч кубометров грунта, в том числе скального. В котлован и ограждающие его стены было уложено около 3 тысяч кубометров гидротехнического (водонепроницаемого) железобетона.
Вместо обычной стержневой арматуры установили мощный металлический каркас из узкоколейных рельсов, позволяющий ездить тяжелым «рикшам» с бетоном. Бетонирование производилось непрерывным способом, рабочие швы не допускались. Бетон подавался одновременно с двух бетонных заводов – озёрского (ЦБК) и городского известкового хозяйства. Для доставки его использовались новейшие по тому времени самосвалы ЗИСы, грузоподъемностью 3 тонны. Дальнейшая транспортировка – двухколесными «рикшами». Всё это – под строжайшим техническим контролем, ибо, как рассказывали наши заключенные, на одной из строек был заживо забетонирован человек. У нас подобных случаев не было!
Кроме нашего персонала, при массовой укладке бетона обычно присутствовали представители городского НКВД и лаготделений. Кстати, специальной охранной зоны для заключенных не имелось – они находились под наблюдением конвоя в отдельных точках. Не дай бог, в запретную зону забежит собака: ее тут же поймают, сварят на костре и съедят. Как говорили: «Они на бетоне собаку съели». Хотя кормили заключенных по тем временам не так уж и плохо. За успешную работу на важнейших объектах им нередко в конце смены по приказу М.М. Царевского выдавалось по 100 граммов водки. Была установлена система досрочного освобождения за постоянное перевыполнение норм выработки. При работах аврального характера иногда играл военный оркестр.В ночную смену работали только солдаты. Однажды ночью при раскопке старой дамбы они наткнулись на какую-то чугунную плиту. После очистки ее от грязи оказалось, что это мемориальная плита, и заложена она еще демидовскими строителями. Я немедленно отвез ее в кабинет главного инженера стройки. Затем она была передана в другое место, а недавно мы её увидели в нашем городском музее.
Однажды в жаркий день, когда мы ожидали очередную партию бетона, в котлован, где я проверял, как выполнены подготовительные работы по металлокаркасу, прибежал бригадир:
– Гражданин начальник! Поднимайтесь скорее, генералы приехали!
Естественно, я помчался во весь опор наверх. Смотрю: у самого края котлована (оттуда был виден весь «муравейник» работ) стоит начальник строительства М.М. Царевский, и с ним солидный, высокого роста человек. Судя по одежде, генералом он не был. Я собирался было отрапортовать Царевскому об обстановке, однако он меня опередил и обратился к своему спутнику: «Ефим Павлович, это Горст, он тут руководствует. Если у тебя есть вопросы, он тебе ответит». После чего Славский (я уже понял, что это был он), спросил у меня:
– Ты что-нибудь соображаешь в гидротехническом строительстве?
– Кое-что, – отвечаю.
– Диплом есть?
– Так точно. Я по диплому – инженер-гидротехник. (Очень хотелось похвастать, что диплом с отличием, но сдержался).
– А как у тебя работают зеки?
– Хорошо работают, – ответил я коротко.
– Ну, тогда тебе и карты в руки. Попробуй только сорвать график спуска воды из Иртяша. На открытие затворов я приеду сам. Проверю.
На том наш диалог и закончился. Приятного впечатления Славский на меня не произвел. График работы мы выполнили, однако Славский не приезжал.
Зато с благодарностью вспоминаю тогдашних своих помощников: майора В.И. Яровицкого старшего прораба, которого уважали и солдаты, и заключенные; В.И. Шаповалова, бригадира; М.Б. Песляка, прораба, с помощью которого нам удалось хорошо организовать работу.
Память стирает многие факты из нашей жизни, фамилии, даты. Как сохранить все это? А может, изготовить по аналогии с найденной плитой другую, касающуюся современного водосброса, прикрепить её так, чтобы всем проходящим или проезжающим по дамбе она была хорошо видна? Пусть станет эта плита своеобразной визитной карточкой города, а также памятником современников делам своих предшественников.
Источник: Горст, О. Ф. Визитку обнаружили гидростроители: [строительство плотины № 1, гидросооружения водосброса города Озёрска] / О. Ф. Горст // Озёрский вестник. – 1997. – № 123. – С. 2.